Деяния Павла, и путь Павла. Общая картина. Часть 3 (окончательная редакция)
Оговорка: этот текст — моё авторское богословское видение (мидраш, аллегорическое прочтение), вдохновлённое Посланием к Римлянам, книгой Деяний и опытом Павла. Я не утверждаю, что исторический Павел буквально имел в виду всё нижесказанное. Я утверждаю, что его тексты позволяют (а в некоторых местах — побуждают) к такому духовному прочтению в наше время.
1. Рим. 11:25 — что сказал Павел, и что я вижу
В Послании к Римлянам Павел открывает тайну, касающуюся соотношения язычников и Израиля:
«Ожесточение произошло в Израиле отчасти, до времени, пока войдёт полное число (πλήρωμα) язычников» (Рим. 11:25).
Буквально у Павла здесь говорится о количестве — о том, что Бог ждёт вхождения предназначенного Им числа людей из язычников. Это не география («все страны») и не абстрактная статистика, а реальное, известное только Богу число спасённых.
Однако я предлагаю аллегорическое прочтение, не отменяющее буквальный смысл, но надстраивающееся над ним.
Что такое это «вхождение» язычников в спасение? Для Павла это вера во Христа. Но вера не существует в вакууме — она включает определённый уровень понимания, разумения, образа мысли.
Как я это понимаю: полнота язычников — это не только количество душ, но и зрелость познания, которая делает возможным подлинную общность с Израилем в признании Единого Бога. Речь о причастности истинам Писания не формально, а в полноте разумения и применения.
То есть (в моём прочтении) «полнота язычников» может быть понята как полнота постижения истины о Едином Боге — включая те отрасли познания, на которых стоял языческий Рим: философию и науку.
2. Притча о сеятеле — как я её читаю
Чтобы убедиться в этом (в моём аллегорическом прочтении), я обращаюсь к главной притче Евангелия — притче о сеятеле (Мф. 13, Мк. 4, Лк. 8).
Буквально в ней нет деления на «иудаизм, философию и науку». Это моё духовное прочтение для нашего времени. Я вижу в четырёх видах почвы образы разных способов восприятия истины:
«При дороге» — поверхностное, отвергающее семя Слова (образ чисто светского мышления, которое даже не впускает вопрос о Боге).
«На каменистой почве» — эмоциональный, но неглубокий отклик (образ религиозного чувства без корня).
«В терниях» — задавленное заботами и обольщением богатства (образ мышления, захваченного вещественными началами).
«На доброй земле» — то, что приносит плод.
В этом прочтении философия и наука чаще оказываются на «придорожной земле» или «в терниях» — они могут отвергать семя или быть задавленными дуализмом. Но в перспективе они тоже могут быть обработаны и стать «доброй землёй».
3. О чём проповедь Павла Риму? (моё видение)
Павел пишет Римлянам, вышедшим из светской системы, опиравшейся на философию и науку (в меру их понимания в I веке). В моём прочтении это означает, что истина Писания должна быть усвоена и теми сферами познания, на которых стоит Рим, — философией и наукой.
Но как? Не через прямое обращение в христианство, а через укоренение целостного подхода, который выражается в поиске единства всех вещей и явлений.
Философии и науке (в этом моём видении) не нужно «верить в Бога» в религиозном смысле. Речь не о замене веры. Речь о том, что сам метод науки (поиск единства, причинности, целостности) и глубокая философия (выход за пределы дуализма) могут быть проводниками к признанию Единства — того Единства, которое в полноте открывается как Единый Бог.
Этого достаточно, чтобы «иметь дело с Богом по умолчанию» — то есть чтобы мир, сам того не зная, был устроен в соответствии с законами, которые отражают природу Творца.
4. Конкурентная среда как механизм отбора идей
Допуская философию и науку стать (в провиденциальном смысле) «локомотивом познания» на определённом этапе, Бог делает это с расчётом на их внутреннюю динамику.
В отличие от застойной религиозной среды, наука и философия развиваются в конкурентной среде. Гипотезы соревнуются, проверяются, слабые отсеиваются, сильные — временно закрепляются. Да, у этого есть огромные минусы (карьеризм, мода, финансирование). Но есть и плюс: такая среда мотивирует сомнение и поиск даже в фундаментальных вещах — в тех вещах, которые находятся под догматическим табу в номинальном христианстве.
Это (в долгосрочной перспективе) обеспечивает поступательный отсев неэффективных идей и теорий. И я предполагаю (это моя гипотеза), что этот процесс приведёт к выявлению уникальных свойств Целостности и Единства — потому что целостные подходы показывают себя эффективнее дуальных.
И эти свойства, подтверждённые на практическом уровне, будучи внедрены в жизнь общества и мира, могут вовлечь в процесс перестройки мышления и тех, кто принадлежит к Слову написанному (христиан, иудеев). Они увидят, что их вера не противоречит разуму, а находит в нём поддержку.
Это, по моему убеждению, может означать конец номинального христианства — той его формы, которая законсервировалась в догматах и не способна к обновлению.
5. Как перестроился Павел (и те, кто идёт по его следу)
Понимая эти перспективы (как я их вижу), заложенные Богом в развороте на Рим, Павел перестроил своё служение.
Первоначально, когда он ещё рассчитывал на быстрый духовный рост церкви, его намерением (как я понимаю духовный смысл его служения) было создать некое ядро, «школу» для немногих — тех, кто способен к быстрому восхождению. Я называю это (в своей метафоре) «школой пакибытия», хотя сам Павел этого термина так не употреблял (у него παλιγγενεσία — возрождение при крещении и будущее Царство).
Но полученные уроки поменяли приоритеты. Оказалось, что «школа совершенных» (τελείοι) — удел немногих, а основная масса христиан осталась в начальном состоянии и нуждается в более обширном, ориентированном на длительную перспективу обустройстве среды.
Павел пишет Филиппийцам (1:23-26):
«Влечёт меня то и другое: имею желание разрешиться и быть со Христом, потому что это несравненно лучше; а оставаться во плоти нужнее для вас. И я верно знаю, что останусь и пребуду со всеми вами для вашего успеха и радости в вере».
Я читаю это так: Павел склоняет свою волю перед необходимостью долгой, терпеливой работы с церковью, которая не готова к «совершенным» тайнам. Он остаётся с ней, пишет подробные послания, входит в её бытовые проблемы, споры, немощи.
А это означает, что вместо «краткого курса» вхождения в пакибытие (в моей метафоре) Павел остаётся с земной церковью, развивает структуру церкви в «веке сём», умножает послания — чтобы охватить более подробно и на дальнюю перспективу её состояния.
6. Об «иллюзорном образе» Павла — важное уточнение
В книге Деяний и в посланиях Павел предстаёт перед нами как отец языческой церкви, пекущийся о ней наставлениями, советами, участием в нуждах. Его подвиги веры и образ жизни становятся примером для подражания.
Да, в церковной истории это привело к тому, что я называю «культом личности» — почитанию апостолов, святых, «божьих генералов». И здесь я делаю решающую оговорку:
Сам Павел этого культа не создавал и не одобрял. Он писал: «Кто Павел? кто Аполлос? Они только служители… и насаждающий и поливающий есть ничто» (1 Кор. 3:5-7). Он запрещал группировки «я Павлов». Когда его хотели принять за бога, он раздирал одежды.
Поэтому то, что я называю «иллюзорным образом» и «культом личности», — это не замысел Павла, а позднейшая церковная традиция, которая сделала из Павла героя вопреки его воле. Но Бог, в Своей педагогике, допустил это как детоводительский инструмент: для языческого сознания, не умеющего воспринимать безличную истину, полезен яркий образ героя-апостола, которому можно подражать. Это лучше, чем подражать героям мира сего.
О николаитстве: я использую это слово как свою метафору для обозначения культа героя-одиночки. Исторически николаитство было иным (антиномистская ересь, связанная с блудом и идоложертвенным, и с Павлом не связанная). Я предупреждаю об этом, чтобы не вводить в заблуждение.
7. Церковь в веке сём и школа будущего века
Говоря о структуре земной церкви в «веке сём», мы имеем в виду распределение даров в Теле Христовом (1 Пет. 4:10). В «веке сём» они реализуются через конкретных людей, которые служат друг другу.
Но в том, что я называю «школой будущего века» (или «школой совершенных»), все дары — суть свойства самого Слова Божия, действующего непосредственно. Там не нужны посредники в виде выдающихся личностей, потому что Христос учит Сам (ср. Ин. 6:45: «будут все научены Богом»).
Дальнейшая судьба для большей части христианства — оставаться в «веке сём» от поколения к поколению, с заблуждениями и немощами ума, поставленными на службу иллюзорным образцам (почитанию святых, авторитетов), которые, однако, дают более лучшие примеры, чем образцы от мира сего.
8. Иудаизм, культ учительства и рождение от Бога
Обратившись к иудаизму, ожесточённому ради язычников (Рим. 11:25), мы обнаруживаем, что его ожесточение также оказалось «законсервированным» на время ожидания.
Помимо неприятия язычников, иудаизм (в раввинистической традиции) застыл в плену культа учительства. Культ учительства предполагает разнообразие школ, течений, направлений, где в основе каждого стоит учитель в «веке сём».
Удивительно, но Евангелие от Иоанна (на примере Никодима) показывает, что иудеи, знающие Писание, могут быть не знакомы с тем, что я называю «безличностной школой пакибытия», — с рождением от Бога, которое не от «хотения мужа» (учителя), но от Бога (Ин. 1:13).
В этом смысле культ учителя в «веке сём» близок к культу личности у язычников, с той лишь разницей, что учитель иудаизма обычно не проповедует характерные языческие заблуждения, а учит более высоким вещам. Но личностное восприятие его информации порождает соблазн добавления к Целому Богу фактора особой, выдающейся личности, в которой будто бы нуждается Бог для передачи информации.
Отсюда возникает идолопоклонство перед личностью и идоложертвенное — жертва учителю в виде похвалы, благодарности, почитания, подстройки своих рассуждений под образец учителя.
Избежать этого, на мой взгляд, можно только при полном отрешении от учителя — когда ему не достаётся ни почитания, ни благодарности, ни подражания. Только молчаливое усвоение информации и благодарение Богу.
9. Тонкая нить для немногих
Обустроив структуру земной церкви в «веке сём» и снабдив её посланиями, Павел (в моём прочтении) проложил в них тонкую как нить дорожку для перехода к более глубокому, мистическому состоянию — для тех, кто осмелился подвергнуть сомнению границы дозволенного, задаётся неудобными, фундаментальными вопросами; кто возлюбил Слово более чем личности и авторитеты, и ищет в нём правды, пребывая в готовности отрешиться от всего, что мешает движению.
Это — то, что я называю «школой пакибытия» (понимая этот термин как свою метафору). Символическое место этой школы — Ефес (название которого означает «желанный»), где Павел, согласно Деяниям, учил дольше всего и где было написано Послание, наиболее полно раскрывающее тайну Тела Христова.
Обучение в этой «школе» — не в географическом Ефесе, а в духовном состоянии — это обучение непосредственно у Христа в «веке будущем». А «век будущий» я понимаю не как хронологически отдалённое время, а как иное качество мышления, в котором ученик способен воспринимать Учителя без посредников.
Заключение части 3
Так мы подошли к тому, что стало вершиной деятельности Павла, сумевшего (в моём прочтении) реализовать на практике слова Христа о том, что «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17:21). Это — приглашение к переходу от внешнего подражания героям к внутреннему, непосредственному научению у Христа.
Для большинства путь остаётся в «веке сём» — с его культами, авторитетами и догматическим консервированием. Для немногих — проложена тонкая нить. Не потому, что они лучше, а потому что они дерзнули искать дальше.
