Такое мнение есть:

«Библия, по сути, является первой библиотекой книг. Она была написана огромным количеством разных людей, складывалась на протяжении тысяч лет, а затем была выстроена в единое повествование. Что интересно, никто специально её так не выстраивал. И под «никто» я имею в виду, что это не сделал какой-то один конкретный человек. Это было делом всего сообщества — или духа, владевшего этим сообществом, — на протяжении тысяч лет.
Но при этом повествование остаётся связным, что поразительно.

Итак, это повествование представляет собой изучение, во-первых, природы Бога; во-вторых, природы наших отношений с Богом; и, в-третьих, природы правильных отношений с Богом.

А Бог — это высшее благо, совокупность всего благого. Поэтому Библия представляет собой анализ отношений человека с благом.

Я думаю, что представление эпохи Просвещения о человеке ошибочно. Наука возникла из Просвещения, но теперь сама наука указывает на то, что просветительское представление о человеке было неверным.
Мыслители эпохи Просвещения считали, что человек может ориентироваться в мире эмпирически: можно просто придерживаться фактов. Можно найти своё направление в мире благодаря беспристрастному анализу фактов.
Нельзя. Доказательства того, что такой взгляд неизбежно ошибочен, огромны и исходят из самых разных областей. Инженеры, работающие над искусственным интеллектом уже это поняли, постмодернистские литературные критики это поняли. Психологи и физиологи, изучающие восприятие, это поняли. И нейробиологи тоже это поняли.
Нельзя ориентироваться исключительно по фактам.
Почему?
Потому что фактов столько же, сколько существует вещей и возможных сочетаний этих вещей. По этому невозможно ориентироваться. Ты просто утонешь в хаосе. Это как если бы ты стоял посреди пустыни, а перед тобой было бесконечное количество направлений, в которые можно пойти.
И эта пустыня — пустыня фактов. Как выбрать направление?
Когда ты смотришь на мир, ты не можешь смотреть на него иначе, чем через иерархию ценностей. Истории, которые люди рассказывают — это описание иерархии ценностей.

— Но истории ведь могут быть фантастическими, верно? Они могут вообще не быть связаны с реальностью. Взяли и придумали «Гарри Поттера».

— Если они совершенно не связаны с реальностью, они не будут интересны, потому что не будут находить отклика, не захватят.

Истории связаны с реальностью очень сложным образом, потому что реальность — это не только то, что предстаёт перед нами в каждый конкретный момент.
Возьмём математику. Среди философов существует огромный спор о математических абстракциях. Реальны ли они? Можно привести аргументы в пользу того, что математическая абстракция в некотором смысле реальнее той конкретной вещи, из которой она была абстрагирована.

Повествовательные абстракции тоже являются абстракциями, но можно сказать, что именно это и есть архетип.

Архетип — это повествовательная абстракция, которая реальнее видимого мира. Она находится как бы за сценой.
И библейский корпус — это повествование. Гиперреальное повествование. Оно реальнее реального.»

Вот кстати это наверное как раз пример хода мысли человека, который пытается приблизиться к вере с помощью разума.