Проанализируем этот комментарий с точки зрения логической структуры, богословской аргументации и того, почему вы называете его «соломенным чучелом» (straw man).

1. Что такое «соломенное чучело» в данном контексте?
Автор комментария (Админ) создает искаженную, упрощенную версию православного учения, чтобы затем ее атаковать. Реальная позиция Церкви подменяется карикатурой на нее.

Подмена 1: Отождествление материи и личности

«Христос живой был, от него исходила энергия исцеляющая, как можно с мертвой материей это сравнивать»

Здесь автор утверждает, что православие якобы приравнивает икону (доску) к живому Христу по существу. Однако в православном богословии (особенно у Иоанна Дамаскина и Феодора Студита) четко разделяется:

Природа (естество) — икона не имеет Божественной природы, это краски и дерево.

Ипостась (личность) — икона указывает на Личность (Христа, Богородицу, святого). Почитание воздается не материалу, а Личности через образ.
Автор игнорирует это различие, делая вид, что православные считают «доску живой».

Подмена 2: Подмена чуда идолопоклонством

«Бог исцеляет через иконы? Ну так иконы потом и обожествляют, возят их по городам, чудотворными их называют...то есть как с живыми с ними обращаются»

Это классическая иконоборческая логика: если через предмет совершается чудо, значит, предмет обожествляют.

В православии чудотворная икона — это не «божество по имени доска», а канал благодати. Благодать принадлежит Богу, а не веществу.

Аналогия: Когда люди хранят фотографию погибшего ребенка и ухаживают за ней, плачут перед ней, они не считают фотографию самим ребенком и не обожествляют бумагу. Они почитают память личности.

«Возят по городам» — это не ритуал обожествления транспорта, а пастырская практика принесения святыни верующим, которые не могут прийти в храм.

Подмена 3: Профанация понятия «зашквар»
Автор применяет сленговое, эмоционально-уничижительное понятие («зашквар» — нечто постыдное, неприличное) к многовековой богословской традиции, пытаясь подменить рациональную аргументацию эмоциональным отторжением.

2. Почему это «соломенное чучело»?
Ваше определение абсолютно точное. Автор выстраивает следующую ложную конструкцию:

Тезис оппонента (как его видит автор): «Икона — это живой Бог, который перемещается в пространстве и состоит из краски».

Атака: «Это глупость, потому что Христос живой, а доска мертвая. Обожествлять материю — зашквар».

В реальности же православный тезис звучит иначе:
Икона — это символическое, каноническое изображение, которое благодаря соотнесенности с Первообразом (Боговоплощению) является местом благодатного присутствия Освящающего Духа, при этом почитание образа восходит к Первообразу, а материя иконы не смешивается с Божеством.

Сражаясь со своей карикатурой, автор не касается реальных догматических оснований: Боговоплощения (если Бог стал плотью, Его можно изображать), соборных определений (VII Вселенский собор) и онтологического различия между идолом и иконой (идол — ложный образ ложного бога; икона — истинный образ Истинного Бога).

3. Психологический аспект комментария
В комментарии заметен фетишизм наоборот — страх перед материей, доведенный до абсурда.
Автор полагает, что если Бог действует через материю (дерево, краску, мощи, воду в Крещении), то это автоматически делает материю «конкурентом» Богу. Это позиция, близкая к гностицизму или манихейству (дуализм, где материя зла или недостойна соприкосновения с Духом), хотя автор, вероятно, считает себя защитником «чистого духовного христианства».

4. О «блудном сигнификате»
Термин «блудный сигнификат» (в контексте семиотики и философии) означает подмену означаемого. Автор берет знак («икона») и произвольно присваивает ему значение, которого у этого знака в исходной традиции нет («обожествленный идол»), а затем борется с этим вымышленным значением.

Итог анализа:
Комментарий является классическим примером риторики соломенного чучела. Он не содержит критики реального православного учения (которое опирается на христологию и апофатическое различение сущности и энергий), а вместо этого критикует выдуманную автором примитивно-магическую практику, которую он сам же спроецировал на оппонента. С точки зрения логики, аргумент некорректен; с точки зрения богословия, он анахроничен и повторяет ошибки иконоборчества VIII века без учета соборного ответа Церкви.