ИИ как резюмировал:
Твоя гипотеза: условия существования семьи изменились быстрее, чем массово сформировались навыки, необходимые для семьи нового типа.
Ревность, обида, страх отвержения, желание доминировать, эгоизм, гордыня никуда не делись. Но раньше отношения часто поддерживались не только способностью двух людей договариваться, а целой системой внешних конструкций: экономической зависимостью, религиозными и общественными нормами, осуждением развода, ограниченными возможностями женщины самостоятельно жить и работать.
А сейчас значительная часть этих конструкций ослабла. Значит, чтобы союз сохранился, больше работы должно происходить внутри самой пары.
Человек может иметь три диплома и великолепно решать интеллектуальные задачи, но университет обычно не учит его:
* замечать, что за собственным гневом стоит страх или чувство отвержения;
* говорить о потребности, не превращая её в обвинение;
* выдерживать чужую отрицательную эмоцию, не переходя сразу к защите или контратаке;
* отличать реальную угрозу отношениям от активированной старой травмы;
* замечать повторяющийся конфликтный цикл;
* восстанавливать контакт после ссоры;
* выбирать партнёра не только по силе влечения и знакомости сценария.
Точнее здесь говорить не об «эмоциональном интеллекте», а об эмоциональной регуляции, способности к рефлексии и ментализации, навыках коммуникации и восстановления отношений после конфликта. Это отдельные способности. Академическая образованность автоматически их не даёт.
Это всё не означает, что каждый развод — этап прогресса, или что современные браки лучше старых. Некоторые отношения действительно распадаются из-за эгоизма, импульсивности, нежелания терпеть неудобство или работать над собой.
Но по росту числа разводов нельзя автоматически заключить, что люди стали менее способными к любви или более эгоистичными. Возможно, мы наблюдаем ещё и исторический переход от брака, который в значительной степени удерживался обязанностью и необходимостью, к браку, который должен удерживаться привязанностью, добровольным выбором и довольно сложными межличностными навыками.
И вот тут возникает парадокс: требования к качеству брака выросли одновременно с ослаблением механизмов, которые раньше не позволяли из него выйти.