С вами что честно, что не честно. Результат один.

Язык прикусила змеюка.

Задумалась)
А почему вам так нравится Шатунов? Обычно в вашем молодом возрасте созвучны другие исполнители.

Отстань.

Это он заигрывает

Эх, а вот интересно, «Чтобы люди хорошо жили» национальной идеей никак быть не может? Без имперского величия?
Догнать и перегнать запад, выиграть в их игре уже не получится никогда. Силой повестку формировать тоже не вышло у СССР даже, а сейчас и подавно не выйдет.
Надо новый курс по хорошему брать. Коль духовный центр - им и быть.
Уже начинает до всех доходить что главным ресурсом скоро станут именно люди. Образованные и креативные, которые зарабатывают и платят налоги. Их и надо привлекать, и надо взращивать.
Айфоны и машины делать мы не умеем - не наше. А вот сфера услуг, культура, очень даже наше.
Образование надо переделывать, оно сегодня везде в кризисе, города делать красивыми, туризм развивать.
На Западе тоже уже всех достала левая повестка, они бы бегом в Россию бежали переезжать, если бы мы все деньги которые на войну ушли на развитие страны пустили.
Но об этом чего уж плакать - никто все равно делать этого не будет. А жаль.
Не танками надо было греметь и железную волю диктовать пытаться а делать страну привлекательной, ведь потенциал какой есть.

Пусть говорит. А мы посмотрим. Где собака порылась.

Эээ нет. Торопиться не надо.

Отредактировано Михалыч (2026-03-05 22:02:48)

Подавать можно как угодно. У туристов-то откуда будут деньги появляться? От праикмахеров и писателей, от врачей и служащих, от учителей и чиновников? Или из принтера?

Идея «чтобы люди хорошо жили» как национальная цель звучит логично и гуманно. В принципе, многие страны именно так и формулируют свою стратегию — через благосостояние, качество жизни, безопасность и возможности для самореализации. Но в реальной политике национальные идеи почти всегда оказываются сложнее, потому что они выполняют сразу несколько функций.
1. Почему одной идеи «хорошо жить» обычно мало
Для государства национальная идея — это не только про уровень жизни. Она обычно включает несколько элементов:
Смысл и идентичность — кто мы и зачем существуем как страна.
Цель развития — куда движемся.
Мобилизация — что заставляет людей объединяться и чем-то жертвовать.
Просто благосостояние плохо работает как мобилизующая идея. Люди могут хотеть жить лучше, но это не создаёт коллективной миссии. Поэтому многие страны сочетают благосостояние с другими элементами: ценностями, историей, ролью в мире.
2. Примеры разных моделей
У разных стран это решается по-разному.
Скандинавские страны фактически сделали идеей «общество благополучия» — сильные институты, образование, равенство возможностей.
США исторически опираются на идею «американской мечты» — успех через труд и свободу.
Китай сочетает экономическое развитие с национальным возрождением.
То есть благосостояние присутствует, но почти всегда вместе с каким-то более широким нарративом.
3. Почему государства часто уходят в «величие»
Идеи величия, геополитической миссии или исторической роли часто используются потому что они:
создают чувство гордости и единства,
легче объясняют трудности и жертвы,
формируют внешнеполитическую рамку.
Поэтому многие государства — не только Россия — периодически возвращаются к таким сюжетам.
4. Модель «привлекательной страны»
То, о чём вы пишете — ставка на людей, образование, города, культуру, сервисную экономику, туризм — это реально существующая стратегия. Её иногда называют моделью “soft power” и человеческого капитала.
Страны, которые делают на неё ставку, обычно концентрируются на:
качестве образования,
открытой экономике,
городской среде,
культурной индустрии,
притяжении талантов и предпринимателей.
Такой путь действительно может усиливать влияние страны без военной или политической экспансии.
5. Но у этого пути тоже есть условия
Чтобы он работал, обычно нужны:
предсказуемые правила и институты,
доверие к государству,
открытость к миру,
долгосрочная экономическая политика.
Это довольно сложные реформы, и именно поэтому многие страны к ним идут десятилетиями.
Если смотреть шире, вопрос, который вы поднимаете, на самом деле старый для российской истории: что должно быть главным — сила государства, цивилизационная миссия или благополучие людей. Споры об этом идут уже больше двухсот лет.
Интересно другое: многие государства со временем пытаются совмещать эти вещи — и развитие, и чувство исторической миссии, просто баланс между ними меняется.

Вам дай волю, всё прокатаете и зарубеж отправите. Одни менеджеры и посредники, а теперь с туристами на шее.
Куда? Вы вот откуда и куда семейный бюджет распределяете? Сейчас ещё огромные государственные обязательства перед войнами СВО. Уберите продажу природных ресурсов зарубеж и что у вас останется? На долго ли? Наши богатства ...

Отредактировано Михалыч (2026-03-05 22:18:41)

Есть понятие креативной экономики и «креативного класса».
Его популяризировал урбанист и экономист Richard Florida.
Идея простая:
люди, которые создают новые технологии, бизнесы, искусство и идеи, тянутся туда, где есть:
*культурная жизнь
*открытая среда
*качественное образование
*интересные города
*ощущение возможностей
Поэтому в успешных городах часто много:
парков, уличной музыки, фестивалей, кафе и ресторанов, культурных пространств.

Это не просто «украшение жизни» — это часть экономической стратегии.

Про «мягкую привлекательность»
То, о чём вы говорите, очень похоже на стратегию мягкой силы — Soft Power.
Она работает через:
*культуру
*образование
*технологии
*образ жизни
*бренды
Например, глобальную привлекательность страны могут создавать: университеты, музыка и кино, технологии, гастрономия, архитектура и города.

То, что вы описываете — сильная культура, удобные города, образование, сервисы — это фактически модель города-магнита.

Такими центрами стали, например:
Берлин
Барселона
Сеул

Они притягивают людей со всего мира не армией, а образом жизни и возможностями.

Ваше рассуждение поэтому не столько идеалистическое, сколько урбанистическое и экономическое.
Многие специалисты действительно считают, что в XXI веке страны будут конкурировать именно за людей и таланты, а не только за территории и ресурсы.