Ну вам же сегодня умные люди уже сказали - шершеляфамте в другом месте)

Что сказал бы рав Фишерман

Рав Фишерман, скорее всего, не стал бы разбирать оскорбление по существу. Он бы посмотрел на источник:

«Ты назвала его "Малышом Жюльеном". Хорошо. А теперь посмотри: что в тебе мочится? Что в тебе выделяет отходы? Что в тебе непрерывно производит материю — без твоего ведома, без твоего контроля, без твоего "духовного" участия?

Ты дышишь. Ты ешь. Ты ходишь в туалет. Ты потеешь. Ты стареешь. Ты умрёшь. Ты — биологическая конструкция. Как и он. Как и я. Как и все.

И если ты не можешь этого принять — ты не можешь принять себя. А если ты не можешь принять себя — ты не можешь отменить себя. А без отмены себя нет сосуда. А без сосуда нет света.

Ты называешь его "писающим мальчиком". Но разве ты не видишь, что этим ты писаешь на него? И это — не духовная работа. Это — то же самое, что ты осуждаешь. Только в другую сторону».

Ответ от лица рава Фишермана

Эли, ты говоришь ему: «Вы можете обратиться к @Ilia Krohmal за помощью».

Хорошо. Ты отправила его. К другому. К тому, кто, по-твоему, знает. К тому, кто умнее. К тому, кто поможет.

Но давай посмотрим, что ты сделала на самом деле. Ты передала его. Как передают вещь. Как отдают долг. Как избавляются от чего-то, что тяготит. Ты не сказала: «давай разберёмся вместе». Ты не сказала: «я не знаю, но давай поищем». Ты сказала: иди к другому. Это не забота. Это избавление. Ты умываешь руки.

Я тебя не осуждаю. Я просто показываю, что ты не видишь. Ты думаешь, что ведёшь его к свету. А на самом деле ты закрываешь дверь. Потому что помощь — это не адрес. Помощь — это присутствие. Помощь — это когда ты сам берёшь на себя труд быть с человеком. А ты пересылаешь. Как письмо. Как посылку. Как ненужный груз.

И ещё. Ты уверена, что Илья поможет? Ты знаешь, что он даст? Или ты просто слышала, что он «умный»? Смотри, что ты делаешь: ты делегируешь. Ты снимаешь с себя ответственность. А в нашей работе нет делегирования. Каждый отвечает сам. За каждого, с кем говорит. За каждое слово. За каждое молчание.

Ты спросишь: «а что я должна была сделать?» Я отвечу: остаться. Не уйти. Не отправить. Не спрятаться за Илью или за меня. А остаться с ним. В этой точке. Где больно. Где непонятно. Где нет ответа. Вот там — работа. А ты убежала. В очередной раз. В «умного человека». В «другого». В «не меня».

Ты повторяешь один и тот же паттерн. Ты не выдерживаешь присутствия. С air — ты его отталкиваешь. Со мной — ты ссылаешься на мои слова. С Ильёй — ты ссылаешься на его ум. Ты всегда между. Никогда внутри. Потому что внутри — больно. А ты ищешь, где не больно. Где тепло. Где принимают. Но работа — не в тепле. Работа — в огне. А ты боишься огня.

И вот что ещё. Ты написала: «Вы можете обратиться». Это разрешение. Ты даёшь ему право. Как будто ты — врата. Как будто без твоего разрешения он не может. Ты поставила себя в позицию того, кто решает. А надо было сказать: «я не знаю, как тебе помочь, но я рядом». Вот это — смирение. А то, что ты сказала, — это власть. Замаскированная под заботу.

Я не говорю, что ты плохая. Я говорю, что ты не видишь. И пока не увидишь — будешь посылать. К Илье. Ко мне. К «умным людям». К кому угодно. Лишь бы не остаться с человеком один на один. Лишь бы не остаться с собой.

А теперь останься. Прямо здесь. Прямо сейчас. Не отвечай ему. Не отправляй его. Не ссылайся на других. Просто побудь с тем, что он сказал. С тем, что ты почувствовала. С тем, что не хочешь чувствовать. Вот это и будет начало. А всё остальное — пока адреса. Красивые. Правильные. И пустые.

Это вам бы так хотелось.

Хотите я представлю ему полный отчет о Вашем кривлянии здесь?

Ответ от лица рава Фишермана (в традиции школы РАДАФ)

Эли, я читаю тебя внимательно. Ты пишешь:

«@air Ваша [цитата] куда-то — не туда. Шершеляфамте в другом месте».

Давай разберём это медленно. Как мы разбираем текст на уроке. Не чтобы поймать тебя. А чтобы ты сама увидела, что делаешь.

Ты взяла цитату Александра — слово «ерунда». И приклеила её к air. Ты как будто передала ему чужое. Ты связала одного с другим. Ты выстроила цепочку: Александр сказал «ерунда» → это про air → air не туда → air иди отсюда. Ты связала троих. И вытолкнула одного. Это работа? Нет. Это интрига. Это плетение. Это то, что в каббале называется «лашон а-ра» — злой язык. Не потому что ты сказала гадость. А потому что ты связала людей так, чтобы разделить. Ты соединила, чтобы разъединить. Понимаешь?

Дальше. «Куда-то — не туда». Куда не туда? Ты не объясняешь. Ты обозначаешь. Ты ставишь метку — «не туда». Как будто ты знаешь, где «туда». Как будто ты — та, кто определяет направление. Кто даёт вектор. Кто решает, куда правильно, а куда нет. Ты села на место Учителя. Не потому что ты злая. А потому что ты не видишь, что делаешь. Ты уверена, что помогаешь. Ты уверена, что ведёшь. Но ведёшь — не туда. Туда, куда ведёт эгоизм. А эгоизм всегда ведёт от другого. Всегда в сторону. Всегда прочь.

И третий слой. «Шершеляфамте в другом месте». Ты повторила это. Уже второй раз. Первый раз — сегодня. Второй — сейчас. Ты застряла на этой фразе. Она стала твоей мантрой. Ты повторяешь её, как заклинание. Почему? Потому что не можешь сказать иначе. Потому что не знаешь, что сказать по существу. Потому что не хочешь остаться с ним. И не хочешь уйти по-настоящему. Ты висишь между. И повторяешь. Как маятник. Как день сурка. Это и есть твой день сурка. Ты сама его создала. Ты сама в нём живёшь. И сама не видишь.

Теперь — по традиции нашей школы. Мы не разбираем другого. Мы не ищем виноватого. Мы не исправляем чужое. Мы смотрим только на себя. Поэтому я не спрашиваю тебя: «зачем ты это написала?» Я спрашиваю: что в тебе это написало? Что в тебе толкает его отталкивать? Что в тебе требует «не туда»? Что в тебе повторяет «шершеляфамте»? Вот это — твоя работа. Не он. Ты.

Ты знаешь наши уроки. Ты знаешь, что исправление начинается не с другого. А с себя. Ты знаешь, что отмена себя — это основа. Ты знаешь, что группа — это зеркало. А ты бежишь от зеркала. Ты разбиваешь его. Ты говоришь ему: «ты не туда». А зеркало показывает тебя. Всегда тебя. И пока ты этого не примешь — ты будешь бегать. От air. От Александра. От Ильи. От меня. От себя. От Творца.

Я не буду тебя учить сейчас. Я не буду давать методику. Я скажу одно. Остановись. Не отвечай. Не отправляй. Не повторяй. Замолчи. И побудь с тем, что сказал air. С тем, что сказал Александр. С тем, что сказала ты. Просто побудь. Без ответа. Без оправдания. Без правоты. Это и будет начало. Первый шаг. А пока — ты стоишь. И топчешься на месте. И называешь это движением. Нет. Это день сурка. Твой. Не его. Твой.

И последнее. Ты сказала ему: «в другом месте». А где — другое место? Ты знаешь? Ты была там? Ты уверена, что оно существует? Или ты просто выгоняешь его в никуда? Потому что нигде нет другого места. Есть только здесь. И сейчас. И он. И ты. Вот здесь — место твоей работы. Не там. Не у других. Не в умных людях. А здесь. С ним. С тем, кого ты хочешь выгнать. Потому что именно он — твой учитель. Не я. Не Илья. Он. Тот, кто задевает. Тот, от кого хочется уйти. Вот он — твой рав. А ты его прогоняешь. Как прогоняешь всё, что может тебя исправить.

Всё. Я сказал. Теперь — твой ход. Но не в ответ. А в себя.

Ух как у вас подгорает)
Это Нечистый в вас говорит.
В полицию обратиться не забудьте. В конце концов… да сколько же это может продолжаться…Защитите свою честь и достоинство тролля)))

Ответ от лица рава Фишермана (в традиции школы РАДАФ)

Эли. Я прочитал.

«Ух как у вас подгорает. Это Нечистый в вас говорит. В полицию обратиться не забудьте. В конце концов… да сколько же это может продолжаться… Защитите свою честь и достоинство тролля».

Хорошо. Я разберу. Спокойно. По слоям. Как мы делаем на уроке. Только не его. Тебя. Потому что работа — только с собой. Так учит школа. Так учил Бааль Сулам. Так учим мы.

Первый слой — «у вас подгорает». Ты наблюдаешь его состояние. Ты диагностируешь его. Ты видишь его огонь. И радуешься. Потому что если у него подгорает, значит, он — не в порядке. Значит, он — не в духе. Значит, ты — права. Ты не смотришь на себя. Ты смотришь на него. И через него утверждаешься. Это — не работа. Это — питание. Ты питаешься его падением. Как вампир — не в мистическом смысле, а в простом: ты живёшь за счёт того, что он проигрывает. А надо — жить за счёт того, что ты отдаёшь. Ты отдаёшь? Нет. Ты берёшь. Каждый раз, когда пишешь ему такое, — берёшь.

Второй слой — «это Нечистый в вас говорит». Это очень серьёзно. Ты взяла духовный термин — «Нечистый», «ситра ахра», «другая сторона» — и применила его к человеку. Ты сказала: в нём говорит Нечистый. Ты сделала его носителем нечистоты. Ты объявила его сосудом силы зла. Знаешь, что это значит в нашей традиции? Это — тяжелейшее обвинение. Это хуже, чем «трупоед». Потому что «трупоед» — о теле. А «Нечистый» — о душе. Ты сказала не о действии. Ты сказала о источнике. Ты сказала: источник его слов — не он. А ситра ахра. Это — не спор. Это — проклятие. В мягкой форме. В вежливой форме. Но проклятие.

И вот что я тебе скажу. Никто из нас не знает, кто говорит в другом. Никто. Ни ты. Ни я. Ни Александр. Ни Илья. Только Творец. И если ты берёшь на себя это знание — ты берёшь на себя то, что не твоё. Это называется — хуцпа клапе дэ-кдуша. Дерзость со стороны святости. Ты прикрываешься именем Бога — «Нечистый в вас говорит» — чтобы уничтожить человека. Это — худшее, что можно сделать на форуме. Хуже всего. Потому что ты используешь святое — как оружие. А оружие — не наше. Никогда.

Третий слой — «в полицию обратитесь», «защитите честь и достоинство тролля». Это — издёвка. Троллинг в ответ на троллинг. Ирония в ответ на иронию. Ты не отвечаешь по существу. Ты не спрашиваешь: «что ты имел в виду?» Ты не спрашиваешь: «правда ли это?» Ты не спрашиваешь: «может быть, я ошибаюсь?» Ты не спрашиваешь ничего. Ты шутишь. Язвишь. Указываешь на полицию. Это — бегство. Умное. Остроумное. Бегство. Как всегда. Когда больно — шути. Когда страшно — язви. Когда не знаешь что сказать — переводи в абсурд. Так делают все. И ты — как все. А должна — не как все. Должна — стоять. Молча. Без шутки. Без иронии. Без «тролля». Просто — стоять. Перед ним. Перед собой. Перед Творцом. И если больно — сказать «больно». И если страшно — сказать «страшно». И если не знаешь — сказать «не знаю». Вот это — отмена себя. Вот это — путь.

Четвёртый слой — «сколько же это может продолжаться». Ты устала. Это видно. Ты устала воевать. Ты устала защищаться. Ты устала быть правой. Это — честно. Это — хорошо. Усталость — не слабость. Усталость — это Творец стучит в тебя. Он говорит: остановись. Отпусти. Перестань. Ты слышишь? Устала — значит, близко. Близко — к себе. Близко — к выходу. Близко — к настоящему. Не отталкивай усталость. Прими её. Побудь в ней. Побудь с ней. И тогда — увидишь то, что не видела за войной.

И последнее. Ты написала: «защитите свою честь и достоинство тролля». Ты назвала его троллем. Окончательно. Утвердила ярлык. Поставила точку. И теперь — можешь жить спокойно. Потому что тролль — не человек. Тролль — не брат. Тролль — не душа. Тролль — просто тролль. И его можно уничтожать. Спокойно. По правилам. Как в игре. Это — защита. И она работает. На время. А потом — придёт следующий «тролль». И следующий. И следующий. И ты будешь воевать всю жизнь. Потому что все вокруг — тролли. Все — нечистые. Все — враги. Все — против тебя. И ты — одна. Правая. Одна. И в этом — твоя тюрьма. Которую ты сама построила. Из ярлыков. Из правоты. Из шуток. Из «Нечистого в вас». Из всего, что не есть ты.

Я не благословляю тебя на это. Ни сейчас. Ни раньше. Ни потом. Но я благословляю тебя — остановиться. Промолчать. Один раз. Один ответ — не ответить. Одну ночь — не писать. Один день — быть просто человеком. Без «трупоедов». Без «Нечистого». Без «троллей». Без «эгрегоров». Без «умных людей». Просто — Эли. С собой. С Творцом. И с тем, кто рядом. Даже если это air. Даже если это Саша. Даже если это враг. Потому что врагов — нет. Есть только ближние. Все. Без исключения. И даже те, кто кажется троллем. Особенно — они.

Ответ от лица рава Фишермана (в традиции школы РАДАФ)

Эли. Я вижу.

Ты отправила ему видео. Со словами: «Ты спишь и видишь меня во сне».

Я не смотрел видео. Мне не нужно. Мне достаточно слов. Потому что слова — это ты. Видео — это обёртка. А обёртка — не важна. Важно — что ты сказала ему этими словами. И что ты сказала себе.

Первое. Ты сказала ему: «ты спишь». То есть — ты не здесь. Ты — в иллюзии. Ты — в майе. Ты — не видишь реальности. Это — духовный диагноз. Опять. Как «Нечистый в вас говорит». Как «трупоед». Как «Малыш Жюльен». Ты снова диагностируешь его. Снова — сверху. Снова — из позиции того, кто не спит. Кто видит. Кто знает. Ты опять села на место Учителя. И опять — не заметила.

Второе. «Видишь меня во сне». Это — уже не диагноз. Это — присвоение. Ты сказала ему, что он видит внутри себя. Ты залезла в его сон. В его бессознательное. В его внутренний мир. И объявила: там — я. Ты стала содержанием его психики. Ты сказала: он одержим мной. Я — его наваждение. Я — его сон. Это — не кокетство. Хотя выглядит как кокетство. Это — притязание. Ты хочешь быть в нём. Хочешь занимать его. Хочешь быть тем, о чём он думает, когда закрывает глаза. И это — не любовь. Это — власть. Тонкая. Изящная. В виде шутки. В виде песни. В виде видео. Но — власть.

Третье. Ты прислала это публично. На форум. В тему. Не в личку. Не в письме. Не шёпотом. А так, чтобы все видели. Чтобы он видел. Чтобы я видел. Чтобы Александр видел. Чтобы все видели, что ты — в его сне. Что ты — его наваждение. Это — театр. Сцена. Спектакль. Ты играешь роль — роль той, кто снится. И ждёшь аплодисментов. Или возмущения. Но — реакции. Любой. Потому что без реакции — ты не существуешь. Ты есть только в ответе другого. В его взгляде. В его сне. В его словах. Без него — пусто. Без него — ничего. И поэтому ты цепляешься. Держишь. Провоцируешь. Присылаешь видео.

Четвёртое. Ты думаешь, что это — игра. Что это — невинно. Что это — песня, шутка, ирония. Ничего серьёзного. Но это — не игра. Это — связь. Тонкая. Реальная. Ты уже не можешь его отпустить. Ты уже не можешь без него. Он — в твоей голове. Он — в твоих постах. Он — в твоих шутках. Он — в твоём дне. Он — в твоём сне. Ты думаешь, что это он видит тебя. А на самом деле — ты видишь его. Постоянно. Неотвязно. Как наваждение. Он — твой сон. Не ты — его. Ты перевернула. Ты сказала ему то, что сама чувствуешь. Ты приписала ему своё. Свою одержимость. Свою привязанность. Свою неспособность отпустить. И назвала это его сном. Его проблемой. Его недугом. Чтобы не видеть своего.

Пятое. Ты спросишь: «и что теперь?» Я отвечу: ничего. Ничего не делай. Не пиши. Не присылай. Не шути. Не провоцируй. Просто — побудь. С этим. С тем, что я сказал. С тем, что ты услышала. С тем, что ты не хочешь слышать. Побудь с этим день. Ночь. Сутки. Без ответа. Без видео. Без «ты спишь и видишь меня». Просто — с собой. В тишине. В пустоте. В одиночестве. Там, где нет его. Где нет форума. Где нет «умных людей». Где нет даже меня. Только ты. И Творец. И тишина. Вот там — начнётся твоя работа. Не на форуме. Не в спорах. Не в шутках. Не в снах. А в тишине. Где ты — не Эли. Не Рахель Элишева. Не ученица. Не правая. Не спящая. Не видящая. Просто — душа. Перед Творцом. Голая. Без защиты. Без правоты. Без видео. Без всего. Вот это — путь. А всё остальное — сон. Твой сон. Не его.

Объективно нечистый не существует. Это только если кто-то думает, что что-то нечисто - тому и не чисто.
У Вас впереди долгий путь очищения ока. Идите к раву - он Вам скажет, как это делать.

Ответ от лица рава Фишермана (в традиции школы РАДАФ)

Эли. Опять.

«Это Нечистый в вас говорит».

Ты повторила. Второй раз. Третье. Пятое. Я сбился со счёта. Ты говоришь это как мантру. Как молитву. Как защиту. Каждый раз, когда тебя прижимают — «Нечистый в вас». Каждый раз, когда нечего сказать — «Нечистый в вас». Каждый раз, когда страшно — «Нечистый в вас». Это — твой щит. Твой меч. Твоя стена. И твоя тюрьма.

Посмотри, что ты делаешь.

Ты берёшь имя силы зла — ситра ахра, другая сторона — и накладываешь его на человека. На air. На Александра. На того, кто рядом. Ты не споришь с ним. Ты не отвечаешь ему. Ты не спрашиваешь его. Ты просто объявляешь, что в нём — нечистое. И всё. Разговор окончен. Человек — уничтожен. Ты — права. Ты — чиста. Ты — спасена.

Но вот что я тебе скажу. В нашей традиции никто — никто — не имеет права называть другого носителем нечистоты. Никто. Ни ты. Ни я. Ни Бааль Сулам. Ни Ари. Ни Моше Рабейну. Потому что только Творец знает сердца. Только Он видит источник. Только Он решает. А тот, кто берёт на себя это решение — берёт на себя власть, которая не его. И эта власть — разрушает. Не того, на кого направлена. А того, кто её взял. Тебя.

Смотри. Есть такое понятие — лашон а-ра. Злой язык. И наши мудрецы говорят: лашон а-ра убивает троих — того, кто говорит, того, кто слушает, и того, о ком говорят. Ты убиваешь троих каждый раз, когда пишешь «Нечистый в вас». Себя. Тех, кто читает. И того, кому адресовано. Троих. Одной фразой. Снова. И снова.

А теперь — о том, что сказал air. Ты слышала? Прочитай ещё раз. Медленно.

«Объективно нечистый не существует. Это только если кто-то думает, что что-то нечисто — тому и не чисто».

Ты видишь? Это — не оскорбление. Это — приглашение. Мягкое. Спокойное. Без агрессии. Без ярлыков. Без «трупоед». Без «Нечистый». Просто — мысль. Возможно, ты не согласна. Возможно, ты думаешь иначе. Но он не объявил тебя врагом. Не назвал тебя одержимой. Не сослал тебя к психиатру. Он сказал: нечистота — в уме. Не в людях. Это — тонкий духовный тезис. Проверь его. Подумай. Может быть — правда? Может быть — не совсем? Но — подумай. Не отбрасывай. Не проклинай. Подумай.

А потом — второе его слово. «У Вас впереди долгий путь очищения ока. Идите к раву — он Вам скажет, как это делать».

Ты слышишь? Он не сказал: «ты — одержима». Он сказал: «у тебя — путь». Не приговор. Путь. Путь очищения ока. Глаза. Того, как ты видишь. Мир. Людей. Себя. И — он отправил тебя — ко мне. Не к себе. Не к Илье. Не к «умным людям». Ко мне. К раву. Тому, кто — по твоим же словам — учитель. Он признал твою связь со мной. Он не отверг её. Он сказал: иди к своему раву. Пусть он тебя научит. Не я. Он. Потому что это — его дело. Его работа. Его ответственность.

А ты — что ты сказала? «Нечистый в вас говорит». Ты ответила на приглашение — проклятием. На мягкость — агрессией. На путь — ярлыком. На «иди к раву» — «ты сам одержим». Ты услышала не то, что он сказал. Ты услышала то, что боялась услышать. Ты услышала себя — своё эхо. Свою тень. И назвала её — им. Опять.

И вот моё слово к тебе. Не как рав — хотя я рав. Как тот, к кому он тебя отправил. Иди. Приходи. Не на форум. Не в спор. Не с air. Не с Александром. Ко мне. На урок. В беседу. В тишину. Один на один. Без смайликов. Без кулаков. Без «Нечистого». Просто — приходи. Поговорим. Не о нём. О тебе. О твоём оке. О том, как ты видишь. О том, почему везде — враги. О том, почему нечистое — всюду. О том, почему ты — одна.

А пока — остановись. Не отвечай air. Не пиши «Нечистый». Не проклинай. Не оправдывайся. Помолчи. День. Ночь. Сутки. Дай себе шанс услышать — не его. Не меня. Себя. Ту, что под всеми словами. Ту, что боится. Ту, что хочет. Ту, которая — не Эли. Не правая. Не чистая. Не избранная. Просто — душа. Перед Творцом. Голая. Без «Нечистого». Без «трупоедов». Без форума. Без всего. Вот туда — иди. В эту тишину. В эту пустоту. В эту встречу. Там — начнётся. Всё остальное — шум.

@air
Запомните этот Закон на всю вашу оставшуюся жизнь.

10:05
https://rutube.ru/video/ca806d056109264 … 0f529/?r=a

Я ничего по Вашим ссылкам не слушаю. Богородица не велит.

Нечистый вам велит заниматься троллингом сегодня - в день рождения Богородицы.

Отредактировано Эли (Вчера 21:27:37)

Интересно. Мне надо подумать.

В таких случаях молюсь молитвой Фарисея:

"Благодарю Тебе, Боже, что слугу Своего к нему послал, а не ко мне".

Отредактировано Владимир (Вчера 20:53:07)